Председатель Верховного Суда РФ покрывает преступников?

Столь серьезные обвинения в отношении председателя Верховного Суда РФ Вячеслава Лебедева возникли не на пустом месте.

Для начала отметим, что господин Лебедев владел земельным участком на Рублевке, стоимость которого соответствует представлениям о роскошной и дорогой жизни и равняется приблизительно 120 млн рублей. Понятно, что данная сумма для обычного россиянина кажется нереальной (да столько денег и за всю жизнь не заработать), но дело не в ней, а в том, что было дальше.

40032043204033033

Как пишут в федеральных СМИ, участок был выставлен на продажу, и покупатель нашелся. Можно сколь угодно говорить о том, что участок просто пришелся, что называется, ко двору тому, кто решился его приобрести, если бы не его прежний хозяин — «главный судья Рос-сии» Лебедев. Кто упустит шанс оказать услугу столь уважаемому и влиятельному человеку? Тем более благодарность, скорее всего, не заставит себя долго ждать. Так и вышло.

Участок стал собственностью бизнесмена Максима Москалева, который продал его Дмитрию Аграмакову. Запомните эти фамилии. Чуть позже стало известно, что правоохранителями пресечена деятельность крупной преступной группы, которая занималась незаконной банковской деятельностью. Мошенники вывели из страны просто баснословную сумму — более 36 млрд рублей.

Они использовали несколько подконтрольных коммерческих банков, российские и зарубежные фирмы, но «мозгом» преступной деятельности был «Маст-банк». И дальше самое интересное: одним из акционеров «Маст-Банка» являлся Аграмаков, кроме того, в СМИ просочилась информация о том, что значимую роль в управлении банка играл и член совета директоров Москалев, покупатель участка на Рублевке, принадлежащего председателю Верховного Суда РФ Лебедеву.

Отметим важную деталь: когда дело было придано огласке, на скамье подсудимых оказались практически все управленцы банка — все, кроме Москалева и Аграмакова. Уж не дружба ли с господином Лебедевым позволила им избежать тюрьмы? Убедиться в том, что данное предположение имеет под собой основания, позволяет еще один факт, а именно: Российский Верховный Суд впервые в истории корпоративных споров признал, что «реальный собственник бизнеса может оспаривать ничтожные сделки и решения». Прецедентом был иск все того же Максима Москалева в судебном споре в 2016 году с участием банка «Аспект-Финанс».

Кстати, опытные юристы, эксперты в области права, отметили, что спорность такого решения может повлечь неблагоприятные последствия, в частности, «может спровоцировать злоупотребления», но, видимо, «крышевание» Вячеслава Лебедева позволяет и не такое.

Ваше мнение

Your email address will not be published. Required fields are marked *

80 − = 73